Индивидуальные студенческие работы


Философия есть искусство а не наука эссе

Поиск по произведению Искусство и философия Если философия есть размышление разума о самом себе, то она содержит три главных отрасли: Но, даже придавая действованию, в высшей степени моральный смысл, это деление нельзя признать полностью удовлетворительным, поскольку деятельность содержится в науке и в искусстве, а в деятельности содержится наука искусство. То, что делает действительно существенным это деление на три части,— это преимущество, придаваемое мыслью одному или другому из этих трех аспектов в соответствии с тем, как философия себя понимает и как самоосуществляется преимущественным образом: В этом смысле наука есть искусство, поскольку можно рассматривать совокупность ее данных философия есть искусство а не наука эссе произведение; деятельность есть искусство, поскольку его субъект может здесь предстать как произведение своего действия.

И наоборот, искусство есть наука, поскольку обладает содержанием, и деятельность, поскольку относимо к художнику. Конечно, понятие искусства, таким образом, трактуемое, значительно превосходит очевидным образом ограниченную, богатую, основательную и в особой степени показательную, философия есть искусство а не наука эссе в то же время очень узкую область изящных искусств.

Но даже когда оно опирается только на эту узкую и показательную область изящных искусств, размышление об искусстве, если то, что сказано выше, истинно, остается не только важной, но и необходимой отраслью всей рефлексивной философии, какова ни была бы форма мысли, о которой преимущественно размышляет философия.

Какие требования к субъекту философского знания предъявляет автор?

Всегда полезно, правомерно, а иногда и необходимо рассматривать в рефлексии какую-либо спонтанную мысль, сообразуясь с эстетической точкой зрения. Но если философия не рефлексивна, если она непосредственна, если она именно и в особой степени представляет собой либо наиболее высокую форму познания, либо opus majus [2]либо спасительное приспособление субъекта действия ко всей проблематике деятельности, то нужно ли говорить, что две из трех этих концепций превращают искусство в побочный и вспомогательный по отношению к главной задаче философии элемент?

Абстракция, которая отделяет философию от искусства я имею в виду изящные искусствадаже в случае сведения ее к анэстетической цели лишь в философском рассуждении, порождает частичную и деформированную картину этой философии в живой реальности трудного процесса ее создания. Попробуем поискать и перечислить конкретные типы отношений философии искусства, начиная с наиболее конкретных, а именно, с тех, которые сразу предстают перед историком философии.

Первое из этих отношений — это то, которое можно назвать симбиозом эпохи. Как бы полезно ни было расчленение целостной жизни человеческого разума на отдельные волокна с той целью, чтобы более ясно представить факты и следовать прямо за философия есть искусство а не наука эссе их поворотами, абстракция, выведенная из их органического единства,— это действительно, не более чем абстракция.

И эта абстракция становится опасностью, а потом и заблуждением, если, забывая об этом единстве, принимаются рассматривать эти волокна изолированно, как будто они философия есть искусство а не наука эссе самом деле независимы друг от друга.

  1. Поэтому для обозначения рассматриваемой ориентации философии используется термин "чувственно-эстетический". Поэтому наблюдать движение философемы через все виды человеческой деятельности или только через некоторые из них, а также через какие именно — это значит опробовать не только ее жизненность, но и ее подлинность в качестве перспективы в отношении близкого или далекого будущего человека.
  2. И в этом, возможно, состоит важнейшее требование и великая ответственность философии. Естественно полагать некую науку как таковую, общую науку.
  3. Философия чувства - тоже ведь пассивная, послушная, не творчески-активная. Конечно, нужно принимать во внимание благородное сомнение тех, кто хочет обеспечить философскому произведению плюс к той veritas in essendo, с которой оно согласуется, некую veritas in cognoscendo [45] , которая может не быть однозначной в искусстве и, например, в научном знании.
  4. Наука, искусство, практика более фрагментарны, чем философия.

Сходным образом происходит и в индивидуальном плане, и в плане коллективном. Возможно, было бы полезно для ясности при написании биографии Леонардо да Винчи различать в нем художника и человека науки и трактовать раздельно и последовательно об этих двух аспектах его духовной жизни; но в подобном представлении содержится лишь искусственность.

Гете был поэтом, рисовальщиком и биологом. Никто не поймет его теории изменения позвонков, если забудет о великом поэтическом видении жизни, которое его оживляло и философия есть искусство а не наука эссе.

То же самое происходит и с тем коллективным существом, о котором мы должны думать, когда размышляем о всеобщих действительных поворотах человеческой мысли: Именно здесь философия есть искусство а не наука эссе разнообразные и многочисленные свидетельства некой деятельности, как единство, так и внутренние конфликты и разногласия в намерениях внутри которой создают органическую целостность. Здесь нет ничего, что возможно было бы изолировать от остального; это относится даже к факту, касающемуся отдельного индивида.

Страшная идея, в соответствии с которой представляют философа в качестве одинокого мыслителя, без каких-либо связей, кроме специальных и, так сказать, школярских, с одними или несколькими предшественниками, которые тоже обязательно должны быть философами! Конечно, полезно вспомнить, что Спиноза читал Декарта. Не менее важно напомнить, что ребенком он играл в непосредственной близости от мастерской Рембрандта. Даже если предположить хотя это, безусловно, ошибочночто Спиноза не знал творчества Рембрандта и что Декарт ничего не слышал о Монтеверди, то это не сделает менее верным тот факт, что Спиноза и Декарт были объединены живым моментом духовной западной деятельности, в которую были также включены Монтеверди и Рембрандт.

Библиотека

Подобное исследование о современности не ставя еще никакого вопроса относительно прямого философия есть искусство а не наука эссе, испытанного или произведенного философом непосредственно проливает свет на философское творчество, таким образом вновь обретающее гибкость, очищенное от школярского налета, вновь оживленное.

Является фактом то, что Бергсон классифицирует себя хронологически вместе с неоимпрессионистами, а не с фалангой Монэ, Манэ, Сислея, Писсаро, Ренуара, которые были все в среднем лет на двадцать старше и находились в полном расцвете сил, когда Бергсон еще был студентом, в этом обнаруживается человеческая ситуация, из которой бергсонизм в качестве факта философия есть искусство а не наука эссе нельзя вырвать без потерь.

Поэтому нужно придавать больше внимания исследованиям, которые выявляют точное соответствие философемам эстетических характеристик их эпохи. Здесь нужно искать не только целостное значение данного времени в человеческом плане, но и его диалектическую функциональность, чтоб, таким образом, отыскать ее в философском творчестве, которое есть его [времени. Появляется возможность плодотворно комментировать Платона, когда его соотносят, как это прекрасно сделал П.

Шуль [17]с искусством его времени и когда обозначают согласие платоновского идеала с особенностями композиции и пропорции, которые были доминирующими чертами новой школы Сикиона [18]. Многие, изучая Абеляра, говорят вместе с Э. Кассирером, что в нем нужно видеть представителя не готики, а романского стиля, или, точнее, что философия есть искусство а не наука эссе находится как раз в том историческом периоде, когда совершается великая художественная революция, первым свидетельством которой является церковь аббатства Сен-Дени.

И заходят очень далеко в объяснении Лейбница, когда напоминают, что он главным образом и в соответствии с самым сокровенным в своей мысли является представителем барокко. Настолько далеко, что эстетические мотивации его философии а они в высшей степени важны для некоторых из его главных идей признаются теми же, что и относящиеся к барокко: Поспешим добавить, что в этом первом подходе искусство не имеет преимущества в спекулятивном плане.

Сопоставление философемы с художественной ситуацией, ей соответствующей, нацелено лишь на восстановление имевшего, место целостного, духовного философия есть искусство а не наука эссе на интеграцию философемы в этом временном промежутке.

Научная или социальная и экономическая ситуации тоже очень важны. Отметим только, что если художественная реинтеграция не имеет спекулятивного преимущества, то она часто имеет преимущество методологическое, а в особой степени в тех случаях, когда речь идет о таких философах — о Платоне, Декарте, Лейбнице,— которые особенно внимательны к научной ситуации.

Второй порядок фактов касается парадигмального вклада искусства в данную философию. Приведенные факты имели коллективный и безличный характер.

  1. Нужно ли приводить другие факты?
  2. Послушание необходимости природе или категориям понимается как интеллектуальная честность и совестливость. Когда наивный апологет научности Геккель пожелал создать научный монизм, то взял себе образцом старого метафизика Спинозу.
  3. Есть гнозис, превышающий науку и от нее не зависящий. Бергсона, если удовольствуемся рассуждениями о том, что он размышлял о ней, что он охотно избегал ее в качестве основания для сравнения и так далее.

В принципе, и это нужно сказать, они были независимы от индивидуального знания, которое философ может получить от искусства или от произведений искусства. Тем больше отличается, философия есть искусство а не наука эссе его истоки часто не относятся к его времени. Если Лукреций и обнаруживает подобные истоки в скульптуре и особенно в глиптике [20] своего времени Ад. Бланше [21] отметил кое-что в этом плането все же речь идет о вещах, которые не имели обязательного характера современности.

И в других примерах временной сдвиг оказывается очень большим.

Искусство и философия

Укажем почти наугад, по памяти: Огромное влияние, которое имели на него видения Данте, обнаружились не только в позитивистской религии; они обнаруживаются на некоторых страницах, посвященных философским и социологическим спекуляциям: Точно так же, по большому счету, мы не узнаем об истинном действии музыки на сознание А.

Бергсона, если удовольствуемся рассуждениями о том, что он размышлял о ней, что он охотно избегал ее в качестве основания для сравнения и так далее: Наконец, если речь идет о современниках, то да будет позволено автору этих строк напомнить, что он указывал теперь уже более двадцати лет назад на полную идентичность главной хайдеггеровской темы и тем, которым посвящены известные произведения Альбрехта Дюрера. Очевидно, что речь идет не о незначительных примерах, служащих эпизодической иллюстрацией к той или иной философской странице: Еще более важно, что в их наличии не всегда признаются, что они проистекают из усвоения того, что воздействует на философа, из вдохновения, что они играют роль информации интимного смутного воспоминания в самой глубине души философа.

Философские связи Равессона [22] с творчеством Леонардо да Винчи обладают такой глубиной проникновения, что в итоге он сам пришел к их рассмотрению в качестве явлений порядка метенсо-матических реминисценций [23]. По правде сказать, мы будем хорошо осведомлены по этому поводу в том случае, если генезис философской склонности будет нам немного лучше известен и если в этих случаях мы сможем дойти точно до корней Weltanschauung [24]формирование которого очень часто предшествует возникновению профессиональной склонности философа.

Без сомнения, влияние искусства, а точнее — тех или иных произведений искусства, на сознание философа очень различно в зависимости от индивидуальностей. Но повсюду, где можно его уловить, оно обнаруживается как интимное и глубокое, а также связанное с тем фактом, что любая ключевая тема, введенная в философию благодаря тайному наваждению произведения искусства, проводит в ней свою работу, подспудно и почти постоянно.

Также очень примечательно, что специальное объяснение тематической парадигмы, найденной в искусстве, почти что недостижимо. Но мы бы узнали еще очень мало о философском значении такого рода фактов, если бы удовольствовались видеть в них в некотором роде биографические случайности и странности вдохновения, даже некое предположительное консультирование с искусством, каким бы жизнетворным оно ни.

Это лишь намечало бы методологическую ценность операции, полное содержание которой обнаружилось бы лишь при философия есть искусство а не наука эссе и монографическом исследовании философского содержания искусства.

Франкастель [29] и еще многие другие следовали в пластических искусствах и, например, в вопросе развития живописной перспективы за историческими модификациями коллективного способа осознания пространства; все эти точки зрения и все эти работы стремились к очень простой идее, но с очень вескими последствиями, заключающейся в том, что рядом с вербальной философией, выраженной в специальных трудах, имеется целая спонтанная и живая философия философия есть искусство а не наука эссе, музыкального или поэтического выражения, которая заслуживает внимания в той философия есть искусство а не наука эссе мере, что и философия книжная и специальная.

Не вдет ли речь о философия есть искусство а не наука эссе некотором роде расплывчатой философии, как бы создающей обрамление философии специальной?

Если к чистому и простому исследованию одновременно протекающих процессов прибавить в качестве контроля исследование соотношений их содержания, то обнаруживается значительный факт: Симптомы этого иногда очень трудно уловить, концептуально выразить: Есть ли необходимость говорить, что часто революция человеческого разума ясно и отчетливо разворачивается на художественном уровне, прежде чем волна, таким образом обозначившаяся, возникает в философской области stricto sensu?

Ренессанс, поэтический и пластический аспекты которого имели место почти на двести лет раньше специфических проявлений в философии [31]. Так возникает идея философия есть искусство а не наука эссе об искусстве как изучения его духовных предтеч.

Третье отношение его можно назвать спекулятивным отношением: Грубо и, быть может, несколько поверхностно, но речь идет об эстетике этой философии и о месте этой эстетики в ансамбле его системы. Нужно отметить, что часто это разграничение приписывается задним числом философом той художественной аскезе, глубину которой он до того испытал в полной мере.

Только что было сказано: Иногда также и обманчивый. Прежде всего как это проистекает из ранее сказанного явная эстетика, которой философ удовлетворяет в архитектоническом решении требования этого спекулятивного отношения, часто представляется чем-то незначительным в сравнении со скрытой эстетикой, которую можно извлечь из изучения его произведений, что, впрочем, является трудной операцией, иногда рискованной, но всегда сулящей успех.

Эстетика Декарта, хотя и почти целиком скрытая, вполне заслужила специально посвященные ей труды, впрочем, слишком малочисленные [32]. Эстетика Лейбница не стала предметом ни одной удовлетворительной специальной работы.

Однако она, возможно, еще более важна, чем эстетика Декарта, благодаря ее глубине, как мы только что видели, как мотивация метафизических идей ее автора. И мы вернемся к ней скоро в связи с тем влиянием, которое от нее исходило. С другой стороны, даже у философов — Канта, Гегеля и т. Самое важное, что есть в эстетике Канта,— это тот способ, которым она внедрилась в его систему; это органическая и функциональная роль, которую она здесь выполняет; это потребность, которую он почувствовал в некий момент своего философского развития, рассмотреть критику способности суждения философия есть искусство а не наука эссе эстетическим углом зрения.

  • На многочисленных и больших холстах пытался выразить посредством живописи свои поэтические концепции;
  • Философия же имеет дело со всей сферой чувственного, но с особым акцентом на эстетическое переживание.

Есть и другие трудности, о которых нужно размышлять в этом изучении эстетики как специализированной части философемы. Две из них особенно важны. Во-первых, получается, что эта эстетика не вполне оригинальна, что она даже частично или полностью заимствована, но сохраняет при этом важную органическую роль.

Бергсон сделал три великих вклада в эстетику: Но очень важно добавить, что первоначально Бергсон принял эстетику, уже сформулированную другими — а именно: Гюйо [34] и другими, и особенно приверженцами теории Einfuhlung [35]и что его интуитивная концепция есть продвижение в русле общих теорий познания, идей этих эстетиков [36]. Это сразу приводит ко второй из заявленных ранее трудностей. По некоторой предвзятости,— конечно, не совсем философской, но довольно часто встречающейся у тех, кто с некой преждевременной ленивостью пасется на общих философских землях,— когда философ в своем творчестве уделяет особенно значительное место размышлению об искусстве, то он тотчас же называется эстетиком и рассматривается как специалист, приписанный к единственной из философских дисциплин.

Иногда пренебрегают поисками общей философии, содержащейся в его эстетике, иногда рассматривают в качестве двух различных частей творчества то, что является эстетикой, и то, что есть общая философия или мораль и т. Можно было бы легко привести свидетельства этой непродуманной спешки в суждениях, вынесенных в отношении таких ученых мужей, как Сантаяна, Бенедетто Кроче и т.

Тот, кто по-настоящему является философом, почувствует, насколько это абсурдно и насколько ошибочно в перспективе философия есть искусство а не наука эссе из досье, касающихся философского значения искусства, именно наиболее прочные и глубокие свидетельства, которые были даны по этому поводу, чтоб отложить их в сторону как составляющие лишь специальное досье [37]. Если же рассматривать эстетику как осознание философом отношений между его философией искусством, то нужно признать, что это осознание иногда и даже часто является несовершенным и неполным.

В-четвертых, мы обнаруживаем новую связь: В этом обнаруживается достаточно старый и постоянно присутствующий в нашем исследовании аспект, который, однако, не совсем безобиден [38].

Он часто обретает полемический характер: С другой стороны, великолепные умы, которых нельзя заподозрить в умышленном антиэстетизме, могли философия есть искусство а не наука эссе обеспокоены, что при таком подходе и в таком аспекте все глубинное различие между искусством и философией уничтожается.

Беспокойство излишнее, потому что речь идет лишь о том аспекте, в котором философия является искусством, и не отрицается, что в других аспектах она может от него значительно отличаться, или философия есть искусство а не наука эссе что остается существовать глубокое различие между ней и разными искусствами [40]. Главный вопрос, следовательно, состоит в том, чтоб узнать следующее: Мнения по этому поводу различны. Но нужно сказать, что среди противников представления о философии в соответствии с ее содержанием как об искусстве позиции некоторых могут вызывать сомнение:

VK
OK
MR
GP